Развитие преэклампсии и ее влияние на течение беременности, послеродовой период и новорожденного

• Саакян Христина Эриксовна
• Карахалис Людмила Юрьевна
• Пустовая Жанна Владимировна

Резюме

Введение. Тяжелым осложнением беременности является преэклампсия (ПЭ), относящаяся к большим акушерским синдромам, приводящая к возникновению или обострению во время беременности и в послеродовом периоде целого ряда различных патологических состояний.

Цель - провести сравнительный анализ анамнеза, данных первого акушерского скрининга, течения беременности, послеродового периода, состояния плода и новорожденных у пациенток с развитием ПЭ и у здоровых.

Материал и методы. Проведено ретроспективное когортное наблюдательное исследование по изучению медицинской документации в двух группах: 1-я группа (n=165) пациенток с ПЭ и 2-я группа (n=30) здоровых беременных. Статистический анализ проведен с использованием программы Statistica 13.3 (Tibco, США).

Результаты. Выявлена разница в месте проживания: в 1-й группе женщины чаще проживали на селе (р=0,020), во 2-й - в городе (р=0,014). Высшее образование чаще встречалось у женщин из 1-й группы (р<0,001). Выявлены различия в сроках родоразрешения (р<0,001): в 1-й группе - в 34,13±3,76 нед, во 2-й - в 39,7±0,47 нед.

В 1-й группе у 23,6% пациенток была диагностирована гипертоническая болезнь (р=0,003), а также имела место значимая разница в индексе массы тела при более высоком уровне в 1-й группе (р<0,001), в возрасте менархе (р=0,005), частоте показателей родов (выше во 2-й группе; р<0,001), кесарева сечения (выше в 1-й группе; р<0,001).

Проведенный с помощью Astraia расчет риска развития ПЭ показал: в 1-й группе (низкий риск у 16,4%) в 100% случаев развилась ПЭ. Ацетилсалициловую кислоту (АСК) в 1-й группе принимали 25,5%. Уровень белка крови в 1-й группе был ниже (р=0,012), в моче - выше (р<0,001). Подъем артериального давления в 1-й группе отмечался с 26,6±9,89 нед. Кровопотеря в родах была выше в 1-й группе (р<0,001).

У новорожденных от пациенток 1-й группы было диагностировано нарушение гемодинамики (р<0,001), нулевого компонента в артерии пуповины (р=0,017). Оценка по шкале Апгар на 1-й (р<0,001) и на 5-й минуте (р<0,001) была ниже у новорожденных от пациенток 1-й группы. Лактат у новорожденных от женщин 1-й группы отличался от нормы (р<0,001), как и рН крови (р<0,001). У 70,89% новорожденных от женщин 1-й группы имелось гипоксически-ишемическое поражение центральной нервной системы (р<0,001), развился респираторный дистресс-синдром (р<0,001), была диагностирована пневмония (р<0,001).

Заключение. Согласно расчетам, среди беременных с ПЭ у 16,4% пациенток был низкий риск ее развития, не принимали АСК 74,5% с ПЭ. В результате выявлена статистически значимая разница уровней белков крови (р=0,012) (ниже при ПЭ) и белков в моче (р<0,001) (выше при ПЭ). Статистически чаще в 1-й группе встречались гестационный сахарный диабет (р=0,018) и хронический пиелонефрит (р=0,009). Имеющиеся нарушения в 1-й группе способствовал более высокой кровопотере в родах (р<0,001), большей частоте вакуум-аспирации полости матки (р=0,027), более длительному пребыванию в стационаре (р<0,001). Новорожденные от матерей из 1-й группы отличались более низкой оценкой по шкале Апгар (р<0,001), уровням лактата (р<0,001) и рН (р<0,001) крови.

Ключевые слова:преэклампсия; беременность; роды; новорожденные

Одним из тяжелых осложнений беременности является преэклампсия (ПЭ), которая относится к большим акушерским синдромам, при частоте ее развития от 2 до 8% [1-6]. Сопутствующие развитию ПЭ состояния, угрожающие жизни матери и плода, зачастую приводят к возникновению или обострению во время беременности и в послеродовом периоде целого ряда экстрагенитальных заболеваний (сердечно-сосудистой системы, почек, эндокринной и нервной системы и др.), что связано со снижением качества жизни у пациенток репродуктивного возраста и, несомненно, влияет на демографические процессы [7-10]. Проблема развития ПЭ, а также профилактика и ее своевременное выявление, беспокоят все мировое акушерское сообщество. В связи с этим ежегодно появляются исследования, направленные на поиск предикторов развития ПЭ, продолжая целый ряд многогранных исследований, посвященных данной патологии [11-14].

Несмотря на большое количество научных работ, которые посвящены изучению ПЭ и факторам, влияющим на ее развитие, исследований, сравнивающих течение беременности у здоровых женщин и при развитии ПЭ, недостаточно.

Цель исследования - провести сравнительный анализ анамнеза, данных первого акушерского скрининга, течения беременности, послеродового периода и состояния плодов и новорожденных у пациенток с развитием ПЭ и у здоровых женщин.

Материал и методы

Проведено ретроспективное когортное наблюдательное исследование по изучению медицинской документации у 195 беременных, которые были представлены пациентками с ПЭ и здоровыми, а также медицинской документации новорожденных. Изучено 165 историй пациенток с ПЭ, которые составили 1-ю группу (n=165), и 30 историй родов здоровых беременных, составивших 2-ю группу (n=30). Исследование проведено на клинической базе Перинатального центра ГБУЗ "ККБ № 2" Минздрава Краснодарского края в течение 2024 г.

Критерии включения: медицинская документация беременных, отвечающая задачам исследования, - беременные с ПЭ и здоровые в возрасте от 18 до 45 лет.

Критерии исключения: медицинская документация пациенток с эклампсией, исходная артериальная гипер­тензия у беременных во 2-й группе.

При анализе медицинской документации нами были изучены показатели индекса массы тела (ИМТ, кг/м²), сроки беременности, на которых развилась ПЭ, сроки родоразрешения, а также данные биохимического скрининга в 11-13⁺⁶ нед беременности. Изучены также возраст менархе и начала половой жизни, контрацептивный, репродуктивный и акушерский анамнез. Также изучали уровни общего белка в крови и в моче, кровопотерю в родах и сутки выписки родильницы из стационара. По медицинским документам новорожденных изучали оценку по шкале Апгар на 1-й и 5-й минутах после рождения, уровни глюкозы, рН и лактата крови новорожденного, его общее состояние.

Статистический анализ

При проведении статистического анализа использовали программу Statistica 13.3 (Tibco, США). При обработке данных для достижения цели исследования рассчитывали среднее арифметическое (М), стандартное отклонение (m), используя форму записи M±m, а также рассчитывали медиану, минимальное и максимальное значение, нижний и верхний квантиль [Q1; Q3]. Сравнение групп по количественным показателям проведено с использованием непараметрического критерия Краскела-Уоллиса. Для сравнения категориальных показателей между группами использовали таблицы сопряженности с критериями χ², максимум правдоподобия χ², коэффициентами взаимосвязи φ, Крамера (V), сопряженности и корреляции Спирмена. Использовали двусторонний критерий Стьюдента сравнения долей и общепринятый уровень статистической значимости р=0,05 [15].

Результаты

Проведенный сравнительный анализ медицинской документации беременных с ПЭ и здоровых показал, что отсутствует статистическая разница в возрасте обследованных: в 1-й группе он составил 31,6±5,77 года при Ме=32,0 года, min-max значения были 18 и 45 лет, квантили [28,0; 36,0]; и во 2-й группе соответственно 32,53±7,24 года при Ме=34 года; min-max значения - 20 и 41, квантили [27,0; 39,0]; р=0,426 (рис. 1).

Было проведено сравнение категориальных показателей между группами. Оказалось, что беременные 1-й группы статистически значимо чаще проживали в сельской местности, чем беременные 2-й группы: 64 (38,79%) беременные против 5 (16,67%), р=0,020; соответственно в городе 101 (61,21%) беременная из 1-й группы и 25 (83,33%) пациенток из 2-й, р=0,014. В 1-й группе высшее образование имели 100 (60,98%) пациенток, во 2-й - 12 (40,0%). Выявлена статистически значимая разница для данного показателя - р<0,001. Также статистически значимо отличалось число беременных со средним образованием между группами: в 1-й группе таких беременных было 35 (21,34%) и во 2-й группе - 4 (13,33%), р=0,003. Необходимо отметить, что среди здоровых пациенток была 1 (3,33%) с начальным образованием. Домохозяйки чаще встречались во 2-й группе (здоровые) - 14 (46,67%), чем в 1-й группе - 56 (33,94%), без статистически значимой разницы (р=0,730). Большую группу (без статистически значимой разницы) составили беременные с прочими профессиями: в 1-й группе - 84 (50,91%) пациентки, во 2-й группе - 14 (46,67%), р=0,434. В обеих группах в основном браки были зарегистрированными: в 1-й группе - 125 (75,76%) и во 2-й группе - 23 (76,67%), р=0,915.

Мужья обследованных в подавляющем большинстве были здоровы: в 1-й группе - 158 (96,76%), во 2-й группе - 29 (96,67%), р=0,817. Мужское бесплодие было диагностировано только в 1-й группе у 5 (3,03%) мужчин, без статистически значимой разницы (р=0,334). Не выявлено отличий в возрасте мужей: в 1-й группе - 33,76±6,32 года при Ме=34,0 года, min-max - 18,0-59,0 года [30,0; 38,0]; во 2-й группе - 34,77±5,91 года при Ме=35,0 года, min-max - 25,0-44,0 [30,0; 40,9], р=0,392 (рис. 2).

Среди мужчин никотинзависимых было больше в 1-й группе - 59 (35,76%), чем во 2-й - 8 (26,67%), без статистически значимой разницы (р=0,326).

В 1-й группе у 15 (9,09%) пациенток беременность наступила при использовании вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ), во 2-й группе таких пациенток не было.

Выявлены статистически значимые отличия в сроке родов: среди беременных 1-й группы роды произошли в 34,13±3,76 нед при Ме=34,0 нед, min-max - 25,0-42,0 нед [32,0; 37,0] и во 2-й группе соответственно в 39,7±0,47 нед при Ме=40,0 нед, min-max - 39,0-40,0 нед [39,0; 40,0], р<0,001 (рис. 3).

Преждевременные роды в анамнезе чаще были среди беременных 1-й группы, чем во 2-й группе, без статистически значимой разницы: 18 (10,91%) против 1 (3,33%), р=0,149. ПЭ в анамнезе была выявлена только у беременных 1-й группы: у 13 (7,93%), также без статистически значимой разницы (р=0,053). Среди беременных 1-й группы 18 (10,9%) были никотинзависимыми, во 2-й группе таких было 2 (6,7%), р=0,481. В 1-й группе гипертоническая болезнь до беременности была диагностирована у 39 (23,6%), а во 2-й группе вовсе отсутствовала (выявлена статистически значимая разница, р=0,003).

Также определена статистически значимая разница в показателях ИМТ, который в 1-й группе составил 26,58±5,76 кг/ м² при Ме=25,1 кг/м², min-max - 16,8-48,0 кг/ м² [22,7; 30,4] и во 2-й группе соответственно - 22,47±3,15 кг/ м² при Ме=22,5, min-max - 18,2-32,3 [20,0; 24,0], р<0,001 (рис. 4).

Репродуктивный анамнез, представленный в табл. 1, изучен в группах по следующим показателям: возраст первой менструации и начала половой жизни, методы контрацепции, количество беременностей, включая настоящую, исходы беременностей.

Проведенный анализ установил статистически значимую разницу между группами по возрасту менархе (р<0,001): в 1-й группе он был выше. Также нами отмечена статистически значимая разница в числе естественных родов (р<0,001): она была выше во 2-й группе; и в частоте оперативного родоразрешения путем проведения кесарева сечения (р<0,001) - была выше в 1-й группе среди пациенток с ПЭ. В настоящую беременность в 1-й группе путем кесарева сечения было родоразрешено 136 (82,4%) пациенток, естественные роды были у 29 (17,6%) беременных. Во 2-й группе у 100% были только естественные роды, что также имело статистически значимую разницу между всеми показателями (р<0,001).

Преждевременные роды в анамнезе были у 18 (10,91%) беременных из 1-й группы и у 1 (3,3%) из 2-й, без статистически значимой разницы (р=0,198).

Анализ длительности интергенетического интервала в группах: на какой неделе участницы встали на учет в женскую консультацию и сколько прибавили килограмм за беременность (табл. 2), показал, что разницы в длительности интергенетического интервала между группами нет, однако в абсолютных цифрах он длиннее во 2-й группе (р=0,072).

На диспансерный учет при отсутствии статистической разницы между группами (р=0,734) все пациентки 2-й группы встали на сроках до 13 нед включительно, что позволило им вовремя пройти первый акушерский скрининг. Несмотря на то что среднее число недель, когда беременные в обеих группах встали на учет, составило 9, максимальный срок постановки на учет в 1-й группе был 32 нед, что увеличивает частоту осложнений беременности, в том числе способствует развитию ПЭ.

Течение настоящей беременности осложнилось ранним токсикозом у 15 (9,09%) беременных 1-й группы и у 1 (3,33%) пациентки во 2-й группе без статистически значимой разницы (р=0,290). Угроза прерывания беременности чаще была среди беременных 1-й группы - у 83 (50,3%), а во 2-й группе - у 12 (40,0%), р=0,299. Наличие истмико-цервикальной недостаточности было выявлено только в 1-й группе у 7 (4,24%) женщин (р=0,251).

Проведена оценка результатов первого биохимического скрининга (табл. 3).

Результаты биохимического скрининга в I триместре не отличались между группами по обоим показателям: PAAP- A (р=0,506) и Free hCGb (р=0,216). Проводимые одномоментно измерения пульсационного индекса (PI) в маточных сосудах у беременных показали, что PI были повышены в 1-й группе у 20 из 135 (14,8%) и во 2-й группе у 1 из 27 (3,7%) беременных, без статистически значимых отличий (р=0,116). Выявление рисков развития ПЭ в обеих группах было проведено при помощи программного комплекса расчета индивидуального риска развития ПЭ Astraia (комплексная процедура, проводимая в I триместре с целью выявления патологий со стороны плода и выявления групп риска развития осложнений беременности, в том числе ПЭ наряду с преждевременными родами и задержкой развития плода), что показано в табл. 4. Необходимо отметить, что не все беременные прошли скрининг в 11-13⁺⁶ нед, в связи с чем расчет проводился в 1-й группе на 116 беременных и во 2-й группе - на 24 пациентки.

Как следует из данных табл. 4, где показаны рассчитанные риски индивидуального развития ПЭ Astraia, достигнута статистически значимая разница между группами в прогнозировании ПЭ высокого (р=0,014) и низкого риска (р=0,018). Основная когорта в обеих группах была ранжирована по развитию ПЭ среднего риска, и между данными показателями статистическая разница отсутствовала (р=0,971).

Были рассчитаны также риски по задержке развития плода (ЗРП) в обеих группах (табл. 5).

Если по прогнозу высокой ЗРП была у 10,0% и средней степени тяжести - у 71,8% беременных с ПЭ, то реализовалась она у 51 (30,91%) беременной и только в 1-й группе при статистически значимой разнице между группами (р<0,001). При этом высокие риски ЗРП были только у 10,0% плодов беременных в 1-й группе.

Также были рассчитаны риски по прогнозу развития преждевременных родов (ПР), что показано в табл. 6.

Проведенный анализ показал, что была выявлена статистически значимая разница между группами со средним (р=0,017) и низким (р=0,027) риском развития ПР.

Несмотря на наличие, согласно прогнозу, высокого у 1 (4,2%) беременной и среднего также у 1 (4,2%) женщины риска развития ПР во 2-й группе, все беременные были родоразрешены в срок при минимальном показателе 39 нед и максимальном 40 нед (рис. 3). В 1-й группе минимальный срок родоразрешения составил 25 нед, максимальный - 42 нед, при этом в срок были родоразрешены в 1-й группе 52 (31,5%) беременные при значимой статистической разнице между группами (р<0,001), что также продемонстрировано на рис. 3.

Оценка числа беременных и сроков гестации при назначении ацетилсалициловой кислоты (АСК) показала, что всего в 1-й группе АСК принимала 41 (24,85%) пациентка при отсутствии таковых во 2-й группе: с 12 нед беременности в 1-й группе АСК была назначена 26 (15,76%) беременным и после 16 нед беременности - 15 (9,09%), всего 24,85%. В предыдущих наших статьях [16] мы уже писали о необходимости своевременного назначения АСК, на что указывает целый ряд авторов [17-19]. Выявленный явный дисбаланс в 1-й группе назначения АСК, которая не была назначена 124 (75,15%) беременным, подчеркивает необходимость ранней постановки на учет, своевременного обследования и назначения АСК в сроки до 16 нед беременности. В 1-й группе подавляющее большинство принимали низкомолекулярные гепарины: в I триместре - 6 (3,64%) беременных (р=0,289); во II триместре - 34 (20,61%; р=0,006) и в III триместре - 146 (88,48%) беременных (р<0,001).

Проанализировав полученные данные, мы оценивали уровни общего белка в крови и в моче (рис. 5, 6).

Выявлена статистически значимая разница между показателями общего белка в крови (р<0,001) и белка в моче (р<0,001): общий белок в крови в группе с ПЭ был ниже нормальных значений и составил в среднем 56,07±6,8 г/л при Ме=55,0 г/л, min-max - 39,0-78,0 г/л [52,0; 60,0] и статистически значимо отличался от уровня общего белка крови у здоровых: 68,67±4,73 г/л при Ме=67,0 г/л, min-max - 65,0-74,0 г/л [65,0; 74,0]; р=0,012. Также белок в моче статистически значимо отличался между группами и был значимо выше в 1-й группе, составив в ней 2,03±1,89 г/л при Ме=1,5 г/л, min-max - 0-5,0 г/л [0,750-5,0] и во 2-й группе соответственно 0,03±0,09 г/л при Ме=0, min-max - 0-0,25 г/л [0; 0]; р<0,001.

Подъем артериального давления (АД) отмечался только в 1-й группе у беременных с ПЭ. Срок беременности, в котором был отмечен подъем АД, составил 26,6±9,89 нед при Ме=30,0 нед, min-max - 5,0-41,0 нед [22,0; 33,0].

Внутриутробно только в 1-й группе были поставлены врожденные пороки развития 7 (4,24%) плодам: по 1 (0,61%) случаю дистопии почек, макрогастрии, омфалоцеле, дефекта межпредсердной перегородки, вентрикуломегалии. Мегауретер и гидронефротическая трансформация почки были диагностированы у 2 (1,21%) плодов. Кроме пороков развития, единственная артерия пуповины выявлена у 2 (1,21%) плодов, краевое прикрепление пуповины - у 17 (10,3%) плодов беременных 1-й группы.

Проведен анализ данных обследования на условно-патогенную и патогенную флору влагалища у беременных во время настоящей гестации, а также на наличие вируса папилломы человека (ВПЧ) и инфекций, передаваемых половым путем: достоверные отличия между группами отсутствовали. При этом во время настоящей беременности Candida была выделена у 33 (20,0%) пациенток 1-й группы и у 5 (16,67%) 2-й группы (р=0,672); Ureaplasma spp. - у 7 (4,24%) в 1-й группе и у 2 (6,67%) во 2-й (р=0,560); Chlamydia trachomatis были обнаружены только в 1-й группе у 2 (1,21%) беременных (р=0,544); при этом в анамнезе она была у 4 (2,42%) беременных из 1-й группы и у 1 (3,3%) из 2-й (р=0,772). ВПЧ выделен в 1-й группе у 4 (2,42%) и во 2-й группе у 2 (6,67%), р=0,216. Это были ВПЧ 16, 18, 33, 31 и 10-го типов. Бактериальный вагиноз диагностирован в обеих группах, данные тоже статистически не отличались: у 40 (24,24%) в 1-й группе и у 11 (36,67%) во 2-й группе (p=0,154).

Высокими в обеих группах были показатели заболеваемости острыми респираторно-вирусными инфекциями (ОРВИ): в I триместре в 1-й группе ОРВИ обнаружена у 26 (15,76%) и во 2-й группе - у 8 (26,67%), р=0,147; во II триместре соответственно у 27 (16,36%) и у 4 (13,33%), р=0,676; и в III триместре у 23 (13,94%) и у 5 (16,67%) соответственно, р=0,695. Статистическая разница между группами отсутствовала.

Среди беременных 1-й группы гестационный сахарный диабет (ГСД) был у 48 (29,09%) пациенток, а во 2-й группе - у 3 (10,0%), что имело статистически значимую разницу (р=0,018). Сахарный диабет (СД) 1-го типа был только у 3 (1,82%) беременных 1-й группы, как и СД 2-го типа - также только в 1-й группе у 2 (1,21%) пациенток. Гипотиреоз чаще встречался среди беременных 1-й группы - у 19 (11,52%) против 1 (3,33%) во 2-й группе, р=0,174. При этом узловой зоб был у 3 (1,82%) беременных в 1-й группе и у 2 (6,67%) во 2-й, а тиреотоксикоз был только у 2 (1,21%) пациенток с ПЭ.

В общем, эндокринопатии в 1-й группе были выявлены у 77 (46,7%) человек и у 6 (20,0%) беременных во 2-й группе. В небольшом количестве в обеих группах встречались различные заболевания дыхательной системы: в 1-й группе - астма у 1 (0,61%), хронический бронхит - у 2 (1,21%), бронхообструктивный синдром - у 2 (1,21%); во 2-й группе астма была выявлена у 1 (3,33%) беременной.

COVID в анамнезе был только среди беременных 1-й группы - у 7 (4,24%), как и COVID во время настоящей беременности - у 4 (2,42%) беременных также только в 1-й группе. Частота хронического пиелонефрита в 1-й группе составила 34 (20,61%) беременные и 1 (3,33%) беременная во 2-й группе при статистически значимой разнице р=0,009.

Гестационный пиелонефрит был только в 1-й группе у 6 (3,64%) беременных, как и гломерулонефрит - у 1 (0,61%). Цистит был у 10 (6,06%) обследованных в 1-й группе и у 1 (3,33%) беременной во 2-й. Только у 7 (4,24%) беременных из 1-й группы была мочекаменная болезнь. Заболевания желудочно-кишечного тракта чаще диагностированы в 1-й группе - у 11 (6,7%) беременных и у 1 (3,33%) во 2-й группе. Заболевания желчного пузыря в 1-й группе были у 12 (7,3%) и у 1 (3,33%) во 2-й группе. Число беременных с бактериурией в 1-й группе составило 13 (7,88%) и во 2-й группе 1 (3,3%), р=0,375. Без статистически значимой разницы, но только в 1-й группе выявлен дефицит витамина D у 13 (7,88%) женщин при отсутствии таких пациенток во 2-й группе (р=0,112).

Гинекологические заболевания в 1-й группе были у 103 (62,42%) и у 15 (50,0%) беременных во 2-й группе (р=0,200). Бесплодие также чаще выявлялось среди беременных 1-й группы - у 20 (12,12%) и у 3 (10,0%) пациенток во 2-й группе (р=0,740). Миома матки была выявлена у 25 (15,15%) женщин в 1-й группе и у 2 (6,67%) во 2-й группе (р=0,580). Синдром поликистозных яичников был у 3,03% беременных 1-й группы и у 3,33% во 2-й (р=0,930), причем в 1-й группе у 4 (2,42%) была апоплексия яичника в анамнезе (р=0,389). Кисты яичников диагностированы у 13 (7,88%) беременных из 1-й группы и у 1 (3,33%) из 2-й (р=0,375). Дисплазия различной степени тяжести выявлена у 37 (22,42%) беременных 1-й группы и у 9 (30,0%) беременных 2-й группы (р=0,369).

Необходимо отметить, что у 16 (9,7%) пациенток 1-й группы диагностирован HELP-синдром (р=0,075), а также у них чаще была диагностирована тромбоцитопения [19 (11,52%) против 1 (3,3%) во 2-й группе беременных; р=0,174]. Анализ течения беременности показал, что у 2 (1,21%) пациенток группы с ПЭ обнаружена преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты при отсутствии данного вида патологии у здоровых; амниотомия проведена 23 (13,94%) беременным из 1-й группы и 1 (3,33%) из 2-й группы; родовозбуждение окситоцином проводилось только при наличии ПЭ у 20 (12,12%) беременных со статистически значимой разницей (р=0,044).

Длительную эпидуральную анестезию (ДЭА) статистически значимо чаще проводили в 1-й группе - у 93,94% (155 беременных) против 6,67% (2 беременные) во 2-й группе (р<0,001). Только в 1-й группе было зафиксировано тазовое предлежание плода у 15 (9,09%) беременных, косое - у 6 (3,64%) беременных и головное - у 144 (87,27%) беременных. Во 2-й группе было только головное предлежание (100%).

Состояние родильниц оценивали также по уровню крово­потери в родах и по тому, на какие сутки проведена выписка (табл. 7).

Как следует из табл. 7, статистически значимо выше кровопотеря была у пациенток с ПЭ: 461,33±121,35 против 213,33±38,72 мл во 2-й группе (р<0,001). Статистически значимо (в абсолютных цифрах практически в 2 раза) длиннее был период нахождения в стационаре пациенток с ПЭ: 7,34±2,4 сут в 1-й группе против 3,8±0,85 сут во 2-й группе (р<0,001). Опорожнение матки путем проведения вакуум-аспирации было проведено у 33 (20,0%) родильниц 1-й группы и у 1 (3,33%) во 2-й группе (р=0,027). Анемия была у 91 (55,15%) родильницы из 1-й группы и у 6 (20,0%) во 2-й (р<0,001). Статистически незначимо только в 1-й группе был выявлен дефицит железа у 9 (5,45%), р=0,190; гемотранс­фузия также отмечалась только в 1-й группе - у 8 (4,85%) родильниц (р=0,218).

После родов только у 2 (1,21%) родильниц из 1-й группы отмечен синдром системного воспалительного ответа, во 2-й группе таких родильниц не выявлено. В послеродовом периоде у 32 (19,39%) родильниц 1-й группы из отделяемого влагалища были выделены Ecsherichia coli, и у 3 (10,0%) во 2-й группе (р=0,217); Enterococcus faecalis был выделен у 61 (36,97%) родильницы из 1-й группы и у 3 (10,0%) из 2-й (р=0,004); Streptococcus agalactiae (Streptococcus группы В) - у 7 (4,24%) родильниц из 1-й группы и у 1 (3,33%) из 2-й (р=0,817). Остальные патогены: Enterococcus gallinarum, Staphylococcus aureus, Staphylococcus haemolyticus, Klebsiella oxytoca, Klebsiella pneumoniae, Klebsiella aerogenes, Serratia marcescens, Proteus mirabilis, Enterococcus faecium, Streptococcus vestibularis, Citrobacter freundii, Pseudomonas citronellolis, Enterobacter aerogenes - были выделены в незначительном количестве только в 1-й группе (от 0,61 до 3,03%).

Известно, что ПЭ негативно влияет на развитие плода. Внутриутробно состояние плода в 1-й группе у 70 (42,42%) беременных осложнилось нарушением гемодинамики (НГ), у плодов 2-й группы НГ отсутствовало (р<0,001). Нулевой диастолический компонент был отмечен у 4 (2,42%) плодов 1-й группы и отсутствовал у плодов 2-й группы (р=0,389). Нулевой компонент в артерии пуповины у плодов беременных с ПЭ (1-я группа) отмечался статистически значимо чаще - у 27 (16,36%) против отсутствия данной патологии у плодов беременных во 2-й группе (р=0,017). В 3 (1,82%) случаях в 1-й группе отмечен ретроградный кровоток у плода.

При обследовании у подавляющего большинства беременных 1-й группы во время поступления в стационар НГ в маточных артериях было отмечено у 116 (70,3%) пациенток; во 2-й группе НГ отсутствовало (р<0,001). Без статистически значимой разницы, но чаще в 1-й группе диагностирован централизованный кровоток [у 12 (7,27%)] при отсутствии такового во 2-й группе (р=0,127). Статистически значимо отличались беременные и по частоте многоводия во время настоящей беременности: в 1-й группе таких пациенток было 22 (13,33%), а во 2-й группе они отсутствовали (р=0,034).

Тяжесть состояния новорожденного проявляется в оценке по шкале Апгар на 1-й и 5-й минутах после рождения, уровне глюкозы и лактата крови и рН (табл. 8).

Важными показателями здоровья новорожденного являются уровень лактата и рН крови, исследование которых было проведено у детей, рожденных от пациенток с ПЭ. Уровень лактата новорожденных в 1-й группе был 4,61±2,37 ммоль/л при Ме=3,9 ммоль/л, min-max - 1,4-15,0 ммоль/л [3,0; 5,6], что отличается от показателей нормы, которые не превышают 2,0 ммоль/л (р<0,001).

Уровень рН крови новорожденных от матерей с ПЭ был 7,24±0,09 при Ме=7,26, min-max - 6,8-7,42 [7,2; 7,3]. Нормальные показатели у новорожденных колеблются от 7,36 до 7,42, составляя в среднем 7,39 - отличие между группами было статистически значимо (р<0,001). Реже, но тоже только у новорожденных от матерей из 1-й группы диагностировано гипоксически-геморрагическое поражение центральной нервной системы (ЦНС) - у 6 (3,34%) новорожденных при отсутствии таких детей во 2-й группе (р=0,289). У новорожденных от матерей 1-й группы с ПЭ у 112 (70,89%) диагностировано гипоксически-ишемическое поражение ЦНС и его отсутствие у новорожденных от матерей 2-й группы (р<0,001). Только в 1-й группе у детей статистически значимо чаще развивался респираторный дистресс-синдром [у 89 (53,94%), р<0,001].

Статистически значимо чаще у новорожденных от матерей из 1-й группы в послеродовом периоде развивалась пневмония - у 93 (56,36%) против 2 (6,67%) во 2-й группе (р<0,001). Только у новорожденных от матерей из 1-й группы (с ПЭ) была зафиксирована асфиксия в родах - у 55 (33,33%), р=0,001. Только у новорожденных из 1-й группы был некротический колит - у 15 (9,09%), р=0,205. Бактериальный сепсис и бактериальный менингит встречались только по 1 (0,61%) случаю у новорожденных от матерей с ПЭ (1-я группа).

Обсуждение

Сравнив физикальные данные, анамнез, в том числе репродуктивный, а также течение беременности, осложненной ПЭ, с течением беременности у здоровых пациенток, можно сказать, что при отсутствии статистических различий в возрасте между пациентками с ПЭ и здоровыми беременными выявлена значимая разница в месте проживания беременных: чаще пациентки из 1-й группы проживали в сельской местности (р=0,020), а здоровые беременные - в городе (р=0,014). Пациентки с ПЭ статистически значимо чаще имели высшее образование (р<0,001). Выявлены статистически значимые отличия в сроках родоразрешения (р<0,001): в 1-й группе этот срок составил 34,13±3,76 нед, во 2-й группе - 39,7±0,47 нед. Изучение анамнеза показало, что в 1-й группе у 23,6% женщин в анамнезе имелась гипертоническая болезнь, среди беременных 2-й группы она отсутствовала (р=0,003). Нами отмечена статистически значимая разница в ИМТ между группами при более высоких показателях в 1-й группе (р<0,001) [20, 21]. Среди показателей репродуктивного анамнеза выявлена статистически значимая разница по возрасту менархе (р=0,005), а также по частоте естественных родов (выше во 2-й группе, р<0,001) и кесарева сечения (выше в 1-й группе, р<0,001).

Отсутствовали различия в показателях биохимического скрининга между группами, а также в показателях пульсационного индекса в маточных артериях. Проведенный при помощи Astraia расчет индивидуального риска развития ПЭ показал, что имеется статистически значимая разница в частоте высокого (р=0,014) и низкого (р=0,018) риска. При этом в 1-й группе, несмотря на низкий риск развития ПЭ, она развилась у 16,4%. Рассчитанный риск ЗРП между группами статистически значимо отличался (р=0,043) по показателю "высокий риск". Суммарно высокий и средний риски развития ЗРП в 1-й группе составили 81,8 и 75,0% во 2-й группе. При этом ЗРП была выявлена только у беременных из 1-й группы (р<0,001). Рассчитанные риски ПР показали, что в 1-й группе в основном риск был низким (у 69,77%), как и во 2-й группе (у 91,6%). В действительности роды в срок прошли в 1-й группе у 31,5% (р<0,001) при отсутствии ПР во 2-й группе. Проведенное исследование показало, что АСК принимали только пациентки 1-й группы с 12-16 нед (24,85%). 75,15% беременным из 1-й группы АСК не назначали. При этом прием низкомолекулярных гепаринов по триместрам составил соответственно 3,64; 20,61 и 88,48%, что можно рассматривать как профилактику ПЭ [22, 23].

Анализ уровня белка в крови и моче показал статистически значимую разницу между группами по обоим показателям. Уровень белка в крови в 1-й группе был 56,07±6,8 г/л, во 2-й - 68,67±4,73 г/л (р=0,012). Показатель уровня белка в моче в 1-й группе - 2,03±1,89 г/л, во 2-й группе - 0,03±0,09 г/л (р<0,001). Подъем АД был диагностирован только в 1-й группе - в среднем с 26,6±9,89 нед. При обследовании микробиоты влагалища выявлена статистически значимая разница между группами в уровне Enterococcus faecalis: в 1-й группе этот патоген выделен у 36,97%, во 2-й группе - у 10,0% (р=0,004).

Различались группы по ГСД (р=0,018): его частота была выше в 1-й группе (причем такие результаты совпадают с данными литературы); частота диагностирования пиелонефрита которая также была выше в 1-й группе (р=0,009) [20, 21]. Не выявлено различий в частоте гинекологической патологии между группами.

Родовозбуждение окситоцином использовали только в 1-й группе (р=0,044), как и длительную эпидуральную анестезию (р<0,001). Кровопотеря в родах статистически значимо отличалась между группами, составив 461,33±121,35 мл в 1-й и 213,33±38,72 мл во 2-й группе (р<0,001). Вакуум-аспирацию содержимого полости матки в послеродовом периоде выполнили у 20,0% пациенток из 1-й группы и у 3,33% из 2-й (р=0,027). Анемия статистически значимо чаще выявлялась в 1-й группе (р<0,001). Пациенток из 1-й группы выписывали на 7,34±2,4 сут, в отличие от пациенток 2-й группы, - на 3,8±0,85 сут (р<0,001).

Состояние новорожденных отличалось между группами: НГ чаще отмечалось в 1-й группе (р<0,001), нулевой компонент в артерии пуповины (р=0,017), а также нулевой диастолический компонент (у 2,42%) и ретроградный кровоток (у 1,82%). Все эти нарушения отсутствовали у новорожденных от матерей из 2-й группы, что совпадает с данными научной литературы [24]. У 70,3% пациенток из 1-й группы выявлено НГ в маточных артериях при поступлении в стационар (р<0,001).

Новорожденные статистически значимо отличались по оценке по шкале Апгар на 1-й (р<0,001) и на 5-й минуте (р<0,001), она была ниже у новорожденных 1-й группы. Уровень лактата у новорожденных в 1-й группе был 4,61±2,37 ммоль/л, что отличается от показателей нормы, которые не превышают 2,0 ммоль/л (р<0,001).

Уровень рН крови новорожденных от матерей с ПЭ был 7,24±0,09. Нормальные показатели в среднем составляют 7,39, отличие между группами было статистически значимым (р<0,001). Среди новорожденных 1-й группы у 70,89% пациенток диагностировано гипоксически-ишемическое поражение ЦНС и его отсутствие у новорожденных 2-й группы (р<0,001). Только в 1-й группе у детей статистически значимо чаще развивались респираторный дистресс-синдром (у 53,94%, р<0,001) и пневмония (р<0,001). Норма и патология изучаются и другими авторами; с их точки зрения, требуется углубленная диагностика у новорожденных даже на фоне полного здоровья [24].

Заключение

Портрет пациентки с ПЭ характеризуется статистически значимым увеличением ИМТ и возрастом начала менархе. Отличия выявлены в частоте естественных родов (выше у здоровых) и оперативных (выше у беременных с ПЭ). Рассчитанные риски развития ПЭ, ЗРП и ПР не соответствуют полученным результатам, что особенно явно было показано в прогнозе ПЭ (развилась у 100% беременных 1-й группы при ее низком расчетном риске в 16,4%). Низкий риск ПР в 1-й группе предполагался у 69,77% при действительном показателе ПР в 1-й группе 68,5%. Прием АСК отсутствовал у 75,15% беременных из 1-й группы в связи с неправильно рассчитанными рисками. Статистически значимо ниже в 1-й группе были показатели общего белка крови (р=0,012) и выше уровень белка в моче (р<0,001). Выявлены различия в частоте проявления ГСД (р=0,018) и хронического пиелонефрита (р=0,009) - была выше в 1-й группе. Родильницы отличались по кровопотере в родах, которая достоверно выше была в 1-й группе (р<0,001), по применению ДЭА (р<0,001), частоте родовозбуждения окситоцином (р=0,044) и проведенной в послеродовом периоде вакуум-аспирации содержимого полости матки (р=0,027), а также по суткам выписки из стационара.

Новорожденные от матерей из 1-й группы чаще имели внутриутробное НГ (р<0,001), нулевой компонент в артерии пуповины (р=0,017), статистически значимо отличались в оценке по шкале Апгар на 1-й (р<0,001) и 5-й минуте (р<0,001), которая была ниже в 1-й группе. Статистически значимо в сторону ухудшения в 1-й группе отличались уровни лактата (р<0,001) и рН крови (р<0,001). Состояние новорожденных от матерей 1-й группы в 70,89% случаев отягощалось гипоксически-ишемическим поражением ЦНС (р<0,001), развитием респираторного дистресс-синдрома (р<0,001) и пневмонии (р<0,001).

Литература

1. Федеральная служба государственной статистики. Здравоохранение в России : статистический сборник. Москва : Росстат, 2023. 179 с.

2. Андреева М.Д., Балаян И.С., Карахалис Л.Ю. Раннее прогнозирование преэклампсии: реальность сегодняшнего дня // Акушерство и гинекология: новости, мнения, обучение. 2023. Т. 11, № 1. С. 19-27. DOI: https://doi.org/10.33029/2303-9698-2023-11-1-19-27

3. Борис Д.А., Шмаков Р.Г. Преэклампсия: современная концепция патогенеза // Акушерство и гинекология. 2022. № 12. С. 12-17. DOI: https://doi.org/10.18565/aig.2022.213

4. Giorgione V., Ridder A., Kalafat E., Khalil A., Thilaganathan B. Incidence of postpartum hypertension within 2 years of a pregnancy complicated by pre-eclampsia: a systematic review and meta-analysis // BJOG. 2021. Vol. 128, N 3. P. 495-503. DOI: https://doi.org/10.1111/1471-0528.16545

5. Пенжоян Г.А., Казанчи Ф.Б., Андреева М.Д. Возможности прогнозирования преэклампсии // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия: Естественные и технические науки. 2022. № 12-2. С. 245-248. DOI: https://doi.org/10.37882/2223-2966.2022.12-2.24

6. Авксентьев Н.А., Макаров А.С., Ходжаева З.С., Травкина А.А., Медведев А.П., Иванец Т.Ю. Экономические аспекты испытаний на преэклампсию в ранних стадиях беременности // Акушерство и гинекология. 2024. № 6. С. 134-144. DOI: https://doi.org/10.18565/aig.2024.14

7. Симанов И.В. Особенности течения беременности при преэклампсии различной степени тяжести на современном этапе // Архив акушерства и гинекологии имени В.Ф. Снегирева. 2020. Т. 7, № 1. С. 47-52. DOI: https://doi.org/10.18821/2313-8726-2020-7-1-47-52

8. Спицына М.А., Соловьева А.В., Данелян С.Ж., Алейникова Е.Ю. Прогнозирование индуцированных преждевременных родов при ранней тяжелой преэклампсии // Акушерство и гинекология: новости, мнения, обучение. 2025. Т. 13, спецвып. С. 55-59. DOI: https://doi.org/10.33029/2303-9698-2025-13-suppl-55-59

9. Аникеев А.С., Старцева Н.М., Семятов С.М., Пигарова Е.А., Кацобашвили И.А., Ковалева В.А. и др. Витамин D в предикции преэклампсии у женщин с гестационным сахарным диабетом // Акушерство и гинекология: новости, мнения, обучение. 2025. Т. 13, спецвып. С. 6-13. DOI: https://doi.org/10.33029/2303-9698-2025-13-suppl-6-13

10. Тезиков Ю.В., Липатов И.С., Халитова А.И., Тютюнник В.Л., Кан Н.Е., Юрасова Е.В. и др. Обоснование клинических критериев для риск-стратификации беременных по тяжести течения преэклампсии // Акушерство и гинекология. 2025. № 1. С. 44-54. DOI: https://doi.org/10.18565/aig.2024.255

11. Thadhni R., Cerdeira A.S., Karumanchi S.A. Translation of mechanistic advances in preeclampsia to the clinic: long and winding road // FASEB J. 2024. Vol. 38, N 3. Article ID e23441. DOI: https://doi.org/10.1096/fj.202301808R

12. Torres-Torres J., Espino-Y-Sosa S., Martines-Portilla R., Borboa-Olivares H., Estrada-Gutierrez G., Acevedo-Gallegos S. et al. A narrative review on the pathophysiology of preeclampsia // Int. J. Mol. Sci. 2024. Vol. 25, N 14. Article ID 7569. DOI: https://doi.org/10.3390/ijms25147569

13. Feng W., Luo Y. Preeclampsia and its prediction: traditional versus contemporary predictive methods // J. Matern. Fetal Neonatal Med. 2024. Vol. 37, N 1. Article ID 2388171. DOI: https://doi.org/10.1080/14767058.2024.2388171

14. Roberts J.M. Preeclampsia epidemiology(ies) and pathophysiology(ies) // Best Pract. Res. Clin. Obstet. Gynaecol. 2024. Vol. 94. Article ID 102480. DOI: https://doi.org/10.1016/j.bpobgyn.2024.102480

15. Халафян А.А. STATISTICA 6. Математическая статистика с элементами теории вероятностей: учебник. Москва : БИНОМ, 2010. 496 с.

16. Карахалис Л.Ю., Андреева М.Д., Сеумян И.С., Пустовая Ж.В., Хачак С.Н., Жаров А.В. Опыт применения ацетилсалициловой кислоты с целью профилактики преэклампсии и эклампсии // Женское здоровье и репродукция. 2023. № 5 (60). С. 35-51. DOI: https://doi.org/10.31550/2712-8598-2023-5-3-ZhZiR

17. Rolnik D.L., Wright D., Poon L.C., O’Gorman N., Syngelaki A., de Paco Matallana C. et al. Aspirin versus placebo in pregnancies at high risk for preterm preeclampsia // N. Engl. J. Med. 2017. Vol. 377, N 7. P. 613-622. DOI: https://doi.org/10.1056/NEJMoa1704559

18. Roberge S., Bujold E., Nicolaides K.H. Aspirin for the prevention of preterm and term preeclampsia: systematic review and meta-analysis // Am. J. Obstet. Gynecol. 2018. Vol. 218, N 3. P. 287-293.e1. DOI: https://doi.org/10.1016/j.ajog.2017.11.561

19. Poon L.C., Wright D., Rolnik D.L., Syngelaki A., Syngelaki A., Delgado J.L., Tsokaki T. et al. Aspirin for Evidence-Based Preeclampsia Prevention trial: effect of aspirin in prevention of preterm preeclampsia in subgroups of women according to their characteristics and medical and obstetrical history // Am. J. Obstet. Gynecol. 2017. Vol. 217, N 5. P. 585.e1-e5. DOI: https://doi.org/10.1016/j.ajog.2017.07.038

20. Jinqqi Q., Bingbing W., Xiuying C., Wei W., Xudong Y. Diagnostic biomolecules and combination therapy for pre-eclampsia // Reprod. Biol. Endocrinol. 2022. Vol. 20, N 1. P. 136. DOI: https://doi.org/10.1186/s12958-022-01003-3

21. Манухин И.Б., Хрущ Л.В. Преэклампсия: этиопатогенез и возможности раннего прогнозирования // Таврический медико-биологический вестник. 2022. Т. 25, № 4. С. 69-74.

22. Сидорова И.С., Никитина Н.А. Современный взгляд на проблему преэклампсии: аргументы и факты // Акушерство и гинекология. 2013. № 5. С. 10-16.

23. Серов В.Н., Пасман Н.М., Письмак М.А., Вагнер Ю.Н. Профилактика преэклампсии низкомолекулярными гепаринами // Акушерство и гинекология. 2025. № 1. С. 12-17. DOI: https://doi.org/10.18565/aig.2024.234

24. Долгушина В.Ф., Сюндюкова Е.Г., Чулков В.С., Рябикина М.Г., Кирсанов М.С., Чулков Вл.С. Состояние системной и плацентарной гемодинамики при преэклампсии // Акушерство и гинекология. 2024. № 9. С. 63-72. DOI: https://doi.org/10.18565/aig.2024.109

Материалы данного сайта распространяются на условиях лицензии CC BY-NC-ND 4.0 (Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International)